Уличный Рэмбо - последняя кровь

Честно, я не очень люблю драться, и никогда за всю свою жизнь не начинал драку первым. Но то ли карма у меня такая, то ли в понедельник меня мама родила, но приключения на мои «вторые 90» всю мою жизнь находились с завидной регулярностью. И если в категории один-на-один, я не проиграл ни одного боя, то в категории один-против-всех, статистика была гораздо хуже.

Как итог - три травматологии с тремя сотрясениями мозга с потерей сознания и двумя переломами носа в боях с 4, 5 и 8 соперниками. Рассказ о моем первом бое я vs 5, вы можете прочитать здесь..

 

Это был мой последний бой (надеюсь) в высшей лиге боев без правил. Он по праву вошел в топ моих самых обезбашенных мордабоев. Я был втянут в него невольно, и его последствия для меня могли быть очень плачевными.

 

Немного предыстории. 2009 год, мне 38 лет, я по работе десятый раз прилетел в славный казахский город Актобе. Почему славный? У нашей компании в нем были серьезные клиенты с кем мы вели успешный бизнес по поставке крупногабаритных шин, и этот факт меня не плохо финансово стимулировал.

gallery/1

За время моих командировок, я сдружился с одним работником местного ГОКа, назовем его СанСанычем, казахстанцем корейского происхождения, который был на десять лет меня старше. Вечерами во время моего приезда, мы с ним встречались, играли на бильярде, выпивали.

А в этот раз он заманил меня в местную баню, чудесно расписав мне местную кудесницу, Айгуль, которая прямо в предбаннике парной делала обалденный классический массаж, после которого натирала тебя в специальных рукавицах смесью меда с какими-то травами. После такого кайфодрома, по его словам, человек молодел на десяток лет, его кожа скрипела от чистоты и пахла медом с чабрецом.

И вот лежу я на массажном столике, распаренный, веником дубовым отхлестанный и умелые руки казахской массажистки тщательно проминают мои косточки, хрустя ими как хворостом. Потом предлагает мне снять плавки, и одев массажные рукавицы начинает меня намывать шампунями всякими, медом и разной ароматной всячиной. Саныч что-то бубнит в углу комнаты, но я провалившись в сладостную дрему его практически не слышу, все силы брошены на то, чтобы не вырубиться из-за накрывшего меня наслаждения.

Как сквозь сон, я слышу как в предбанник открылась дверь и слова Саныча:

 

-Вы что здесь делаете? Выйдите немедленно!

 

Через секунду раздаются глухие удары и чей то крик. Я словно выныриваю из бездны сна, поднимаю голову и вижу, как Саныча метелит какой-то казах. При этом Саныч закрыв голову руками что-то мычит, пытаясь увернуться от реальных тумаков, раздаваемых непрошеным гостем.

Вскочив с кушетки как был в пене, голышом, я перехватил заведенную для удара руку и со словами: «Ты что, совсем охренел, козлина!», втер казаху между глаз. Удар был не сильный, но в исполнении 120 килограммового двухметрового «уличного Рэмбо», он отбросил его метра на три. Офигевший от моего вида чувак, подскочил и с криком: «Ну все, русские, вам сейчас будет 3,14здец!», выбежал из нашей бани.

 

-Что это было? Какого черта он сюда ворвался и почему бросился драться?

 

Айгуль говорит:

 

-Да это наши прокурорские, как напьются, с девками к нам заваливают и всю баню «на уши» ставят. Обычно их пятеро приезжает, линять вам надо мальчики, пока остальные не прибежали.

 

Мгновенно представив все прелести боя с пятью пьяными прокурорами в замкнутом пространстве, я как был в пене запрыгнул в свои джинсы. Но как только я застегнул молнию, дверь распахнулась (в этой придурашной бане на дверях не было замков) и в комнату отдыха влетело четверо казахов. Разбившись по двое, что-то крича по-казахски, они кинулись нас бить.

 

Ну как бить? Первый же кто подошел ко мне на выстрел, получил короткий джеб в подбородок и мгновенно остыл, другой рыпнулся было ко мне, но мой лоу-кик подвернул ему колено. Храбрые казахские парни застыли в нерешительности, оценивая свои силы в борьбе против меня. В это время боковым зрением я увидел приближающегося ко мне третьего казаха и как только я повернул к нему голову, он в прыжке впечатал свой кулак в мой левый глаз. Глаз взорвался фейерверком искр! Черт, как больно!

 

Если бы я был такой же комплекции как и он, меня бы наверное сдуло, но 50 килограммов разницы в нашей массе, нивелировало силу его удара, который тем не менее запустил режим тотального уничтожения противника.

Моя правая катапульта мощно выписала бедолаге годовой абонемент в стоматологию. Фонтанируя зубами, он улетел в дальний угол комнаты. Другой казах с правой стороны замахнувшись стулом, пытался им проломить мне голову. Поднятая мной рука приняла удар на себя, сместив вектор удара на плечо, стул рассыпался, и офигевший прокуроришка остался один на один со мной со отломанной спинкой в трясущихся руках. Взмах моей ноги и он летит, переворачивая по пути плазму и ломая своим тельцем журнальный столик, на котором она стояла. Третий камикадзе пытается ногой попасть мне в пах. Ноги коротки!

 

Мой мощный фронт-кик складывает его пополам. Все свободны! А что там Саныч?

А его «замешивает» тот чудила, который и затеял всю ту заваруху.

Ну, дон Педро, получи! Заряжаю ему мощный апперкот, затем хватаю его за шкварник и как в кегельбане вышибаю им дверь, выкидывая в коридор!! Остальные казахчата вытирая кровь, отплевываясь зубами и обещая нам все кары небесные, убегают в след за ним.

 

На Саныча было жалко смотреть, нос разбит, глаз заплыл, на скуле шишка с грецкий орех!

 

Я отделался гораздо легче, но фингал будет стопудово, да и правое плечо от встречи со стулом было явно не в восторге. Других повреждений у меня не было.

Офигительно попарились, нечего сказать!

Но оставаться здесь было нельзя. Как только мы оделись, в комнату отдыха влетела администратор и обалдев от увиденного тотального разгрома закричала:

 

-Кто мне за разбитую технику и мебель платить будет?

 

-Прокурорские, ну уж точно не я! Замки на двери нужно ставить, тогда бы никто по саунам не шарился.

 

Сопровождаемые ее криками: «хулиганы, верните деньги за разгром», - мы сели в стоящую за углом машину Саныча и рванули по-быстрому из этого дурдома, пока эти ушлепки с подмогой не вернулись.

А то что они вернутся, Саныч не сомневался ни на секунду.

 

-Такие люди, Валера, чувствуют себя здесь безнаказанно, и творят что хотят.

 

-Да такое не только у вас, Саныч, такое и в России творится повсеместно

 

-Тебе надо срочно улетать, они тебе выбитые зубы не простят, если поймают, могут реальный срок закатать, фиг отмажешься. Я тебя в Орск отвезу, в местном аэропорту они могут тебя перехватить, с твоим ростом и такой подсветкой, тебя легко вычислят.

 

-А как же ты? Они же могут тебя по машине найти?

 

-А что я? Я им зубы не выбивал, я их вообще даже пальцем не тронул, за то они по мне, сволочи, как катком прошлись.

 

В принципе все дела были сделаны, оставался один второстепенный вопрос, который можно было решить и по телефону.

 

Заскочив в мою гостиницу, я за 5 минут закинул все вещи в чемодан и сдав номер, уже через 5 часов летел из Орска в Москву, пытаясь за своими темными очками спрятать не менее темный фингал.

 

Саныча прокурорские так и не нашли, я еще несколько раз был в Актобе, но хвала небесам, больше мне никто париться в местных банях не мешал.

 

С тех пор прошло уже 10 лет, до сего дня я избегал конфликтных ситуаций, и надеюсь, что мне больше не придется вспоминать то, чему я посвятил несколько лет своей бесшабашной юности.

Хотя кто его знает?! По крайней мере порох в пороховницах я держу сухим!